Perhaps a man has a hundred senses, and when he dies only the five known to us are destroyed and the remaining ninety-five are left alive.[Быть может, у человека сто чувств, и со смертью погибают лишь только пять известных нам, а последние девяносто пять остаются живы.]

Source:(Charles Scribner's Sons, ed. 1916), Act II, Page 243
Find more on